Медиа-империи Китая и россии
Укратить цифрового «дракона»
Как бизнес «ВКонтакте» и QZone срастаются с политической стратегией создания цифровой экономики в Поднебесной и стране российского Несменяемого.
Попытки российских политических элит изолировать отечественную медиазону похожи на ситуацию с ограничением доступа к интернет-площадкам со стороны китайского государства в 2003 году. В Китае это стало возможным из-за развитых на тот момент иных интернет-платформ для общения, в России же - запрет Telegram стал последней каплей в стакан отсутствия альтернативы, который попытались заполнить мессенджерами "ТамТам", ICQ и клонами Telegram-каналов во "ВКонтакте".
Разница еще и том, что в России - курс на цифровую экономику обозначен сверху, Кремлем, а инновационный бизнес в большинстве случаев изначально завязан на госзаказ, в Китае же - политический истеблишмент предлагает заказы для самостоятельно состаявшихся медиа-империй, то есть не обязывает, а "соблазняет" предпринимателей.
Если суть конфуцианской этики заключается в ценности государства, как большой единой семьи и правителе с его непререкаемым авторитетом, то полезно сравнить тандем "власть-бизнес" в Китае и России на примере самых крупных медиа-империй двух посткоммунистических стран - Mail.ru Group и Tencent. Это позволит обнаружить те же конфуцианские "столпы веры" в российской виртуальной действительности.
Бизнес из народа
В России есть примеры бизнеса, который стал популярен еще до государственной поддержки стартапа. Так, например, российскими предпринимателями был создан веб-сервис FindFace, с пока лучшим в мире алгоритмом определения лиц людей. Через одноименное мобильное приложение вы можете достаточно быстро и точно найти личную страницу человека во "ВКонтакте" по его фото, сделанному только что на телефон.
Алгоритмом уже заинтересовались российские власти. И этот интерес понятен, поскольку FindFace может дать возможность правоохранительным органам идентифицировать людей, распивающих в общественных местах пиво или вышедших на несанкционированный митинг.
Однако есть место и тенденции: крупный бизнес Китая получает заказы, тогда как подрядчиком российской власти чаще всего оказываются госкомпании. Тогда как в Китае сегодня
за получение государственного заказа на создание рейтинга "надежности" населения страны, борются крупные предприятия (да, очень крупные, но все же борются), в России просто происходит перераспределение собственности между олигархами и политиками на акции медиа-гиганта Mail.ru Group, который, как показывает история с блокировкой Telegram, единственный предлагает альтернативу в форме мессенджеров "ТамТам" и ICQ.
Крадущийся медведь
В мае 2018 года было объявлено, что медиа-холдинг Mail.ru Group, принадлежащий компании "Мегафон", теперь станет собственностью еще и "Газпромбанка" (председатель совета директоров Алексей Миллер, более 30% акций у "Газпром") и "Ростеха" (госкорпорация). Таким образом связь одного из крупнейших медиа-холдингов России, которому принадлежат крупные соцсети "ВКонтакте" и "Одноклассники", а также популярные сервисы сферы online-to-offline (O2O; связывающие виртуальные платформы с оффлайн-покупками товаров и услуг) "Юла", Delivery club и многое другое, с властью станет еще более очевидной.
Пока отечественные реалии не дают надежд на скорое светлое будущее - новый-старый состав правительства во главе с инициатором развития цифровой экономики в России Дмитрием Медведевым лишь подтверждает, что развитие отрасли будет идти под пристальным взором несменяемого аппарата правительства. Это грустно.
Становится еще тоскливее, когда примечаешь, что власть насквозь пронизывает рынок. Сбывшийся Оруэлл - мы едем в отпуск на поездах государственной компании "РЖД", приобретаем продукты в "Магните" (второй по популярности ритейлер в стране, с 29,1% акций у "ВТБ"), смеемся над шутками Comedy Club production, принадлежащего дочерней компании "Газпром", берем ипотеку в "Сбербанке".


Притаившийся дракон
Как известно, в Китае официально заявлен социалистический строй, а глава страны - руководитель Коммунистической Партии Китая (КПК). При этом с 1980-х Поднебесная "вживляет" в свою модель развития капиталистический рынок.
В условиях конкуренции в 1990-е в Китае стали появляться медиа-империи. Вроде всем россиянам известной Alibaba Group (в которую входит торговая площадка AliExpress) и выше упомнятого Tencent.
Поскольку собственные интернет-плошадки были уже достаточно развиты, то в 2003 году мир не знал массовых выступлений китайцев против ограничения Facebook или Twitter. Ровно как мир не увидел бы в России массовых митингов против ограничения этих же соцсетей в условиях наличия "ВКонтакте" и "Одноклассников".

Если Россия осваивает новые технологии уже имеющимся тандемом "власть-бизнес", то в Китае причастность предпринимателей к государственной идеологии не является обязательной. Поднебесная медленно опутывает возникающие новые медиа своей риторикой, делая ставку не на жесткую цензуру, а на привлекательность государства, идеологию его "мягкой силы".


Здесь уместно сравнить появление российский федеральных телеканалов в 1990-е и нулевые с их безальтернативной прогосударственной риторикой с намерением Китая в 2018 году создать "Голос Китая", который объединит государственное кино, теле- и радиовещание под Департаментом Пропаганды КПК. Как отмечает The New York Times, в будущем это позволит влиять как на взгляды этнических китайцев за рубежом (допустим, студентами, отправленных на обучение), так и формировать лояльность политике коммунистической партии Китая.

Говоря об уже существующей "статистике" привлекательности конфуцианской коммунистической идеологии Китая, показательно, что более 7 000 сотрудников одного из самых крупных негосударственных медиа-холдингов Поднебесной Tencent, насчитывающего более 38 000 сотрудников, являются членами КПК. Именно он сегодня и занимает первые позиции в создании площадок интернет-общения китайской молодежи.

Tencent - создатель и владелец популярных в Китае мессенджера QQ, соцсетей QZone и WeChat, активно развивающихся в сфере O2O. Надо сказать, что холдинг преуспел в этом деле - сегодня его стоимость на рынке составляет $466 млрд., а продукты входят в список самых популярных соцсетей мира. По инфографике Rusbase, датируемой осенью 2017 года, вы поймете как сильны позиции медиа-ресурсов Tencent (QQ,Wechat, QZone) и как пока слабы позиции продуктов Mail.ru Group (в таблице ниже холдинг представлен только соцсетью "Вконтакте"/VK).
В отличие от современной России китайский истеблишмент предлагает госзаказы на "покорение" виртуальной реальности.


ВКонфуций
Как мы видим, несменяемость политических элит, которая является одной из "визитных карточек" большинства стран Азии, в Китае и России совпала с развитием частично изолированных медиазон. Таким образом колониализм получает новый, виртуальный, вариант, но с "тотемами" политической реальности.
Как и в эпоху первых постсоветских медиа-империй Бориса Березовского (ИД "Коммерсант" с "Огоньком" и "Нашим радио", ТК "ОРТ" и др.) и Владимира Гусинского (ТК "НТВ", "ТНТ", журнал "Итоги" и др.), российская власть продолжает осваивать рычаги манипуляции общественным мнением. Но налицо социальная метафизика - всё это уже было. И было это всё в 1990-х - власть и олигархи осваивают технологии "новых медиа". Только теперь СМИ стали другие - в городских массах распространился интернет, а формат медиа начал подразумевать двустороннее общение.
Чаще всего эти попытки отечественных власти и бизнеса все так же выглядят неповоротливым движением людей другой среды обитания, на которых народ негодует. Политическая власть страны продолжает покоиться на психотипах советской эпохи. Взять для примера фигуру олигарха Алишера Усманова или представителей официальной власти вроде Игоря Сечина. Увы, это не "та молодая шпана, что сотрет нас с лица земли".
Анахронизм политических и финансовых элит рождает протест в головах тех, кто вырос на либеральных ценностях, рассказах о западной демократии и других скоростях обмена мнениями. Однако парадокс в том, что этот протест не выходит на внесистемный уровень - бунт остается на интернет-площадках, созданных и поддерживаемых теми самыми олигархами и представителями власти, против которых и возникает весь отечественный digital resistance. Так, например, митинги в поддержку скандальных разоблачений Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального (ФБК) набирают себе поддержку в соцсети "ВКонтакте", которая принадлежит холдингу Mail.ru Group, а тот, в свою очередь (через посредника и напрямую) завязан на активы Усманова и отечественных госкорпораций. С одной стороны понятно, что ФБК выбрал площадку с наиболее подходящей целевой аудиторией, но с другой стороны - желание разделаться с "драконом" оказывается в таком случае игрой в Дон Кихота и ветряные мельницы.
Власть остается не каким-то всевидящим оком, но системной и одновременно внесистемной (в этом и парадокс) частью общества, которая может в любой момент вмешаться и навести нужный порядок, привлекая пользователя к ответственности за лайк или репост.
Основа власти - не политика, а экономика. Поскольку соцсети принадлежат ей, то и легитимность арестов за лайки и репосты базируется не только на высшем политическом авторитете, но еще и на праве арендодателя.
Made on
Tilda