Дневник путешественника
Улан-Батор - Иркутск
Последняя глава путешествия по Монголии: поезд "Улан-Батор - Иркутск".

Утром 29-го дня путешествия на Байкале выпал снег - растаявший еще не долетев до кроссовок. Сентябрьский снег-растаявший-он-вода смешался с дождем и сильным ветром (это и был порывистый байкальский Баргузин, который "пошевеливает вал"?!) и рванули тысячами ледяных игл мне в лоб. У меня впервые в жизни замерз...лоб. То есть кость. Это родило необычное чувство.
Мы еще не до конца согрелись от купания в ледяном Байкале, пейзаж которого в сентябре как-то особенно подернут холодной задумчивостью, и шли пообедать с двумя девушками из Подмосковья, с которыми вчера познакомились на побережье:

Работницы МЧС разводили небольшой костерок и смотрели как мы с Димой фоткаемся в озере. Потом подошли с предложением погреться у огня. Мы переоделись и приняли приглашение. И были чертовски правы:
- Тогда мы с Настей подумали, - призналась за обедом Маша, - если [парни] не подойдут, то они - педики.
Все посмеялись. Я представил какой странный образ двух путешественников вырисовывается у собеседниц: в рваных одеждах, с полуэзотеричными мыслями и еще...возможно, геи.
Ох, хорошо, что хотя бы брились в путешествии, ведь моя борода - это же ода ржавым трубам отечественных систем теплоснабжения.
Ну, в общем, ладно. "Простите меня, я - странненький, а странненьким все можно", - запел в голове Псой Короленко.

С Машей и Настей просидели еще несколько часов, после того, как буузы (по-бурятски, "позы") и чай закончились - говорили, в основном, мы с Димой: хотелось подвести итоги поездки, объясниться зачем нам такие путешествия с обязательными трудностями, если можно за те же деньги съездить вдвоем с девушкой и просто полежать на достаточно хорошем пляже с vodka-martini (shaken, not stirred, естественно). Но нет, путешествия - это другое и о другом. Как же я ценю остальных "странненьких", которые просто одиноко жгут костер на берегу Байкала и любуются чайкой по имени Джонатан или бросают работу в Нидерландах и уезжают в путешествие по России (а потом возвращаются ни с чем и иначе не могут).

Наше путешествие закончилось пару дней назад в поезде "Улан-Батор - Иркутск" (дальше был уже просто туризм), как и моя предыдущая дневниковая запись. Поэтому сделаем небольшой флэшбек:

Десятого сентября Улан-Батор провожал нас холодной осенней моросью. Кто-то скажет: "Это он грустит, что вы уезжаете". Я же скажу в ответ: "Да, пошел он".
Мы сели в привокзальном кафе и заказали по "королевскому" хушууру. Ну, то есть по большому чебуреку, решив оставить хорошую память о кухне Монголии. Но нет:
Дима откусил хушуур и категорично сказал:
- Лех, ты не будешь это есть.
"Ну, ок, вызов принят", - про себя ответил я.
Я знал позицию Димы (не есть то, что не нравится), поэтому предположив, что в чебуреке опять навалено много вонючей баранины, сделал укус.
Хорошо, скажу, как есть: монгольская кухня для меня - cuisine harrassment. Я не понимаю почему Netflix избавился от Кевина Спейси, а вот Улан-Батор даже не рискнул расстаться с жэгнисе гурилтай шов и прочими издевательствами над вкусовыми предпочтениями. Хушуур оказался нашпигован тем ливером и желудком барана, которые мы имели честь отведать в гобийской юрте.

Улан-Батор как бы похлопал по спине:
- Эй, парень, еще не время расслабляться - ты все еще в Монголии!
Поезд - это единственный эффективный вариант переехать из Монголии в Иркутск, откуда мы должны были 14 сентября вылететь в Москву.

В вагонах было много английского языка. Признаться, я даже немного устал за пару часов разговора с соседями по купе. За месяц мое желание говорить атрофировалось - моим собеседником чаще всего был лишь Дима (ну, и те, кто писал мне в вотсап - спасибо вам, дорогие).

Я отметил, что вагоны в монгольском поезде немного отличны от наших, российских: внутри только купе (плацкартов нет вообще), на столах стоят термосы под кипяток. В салоне все чистое, но старое. Как позолота буддийских храмов севера Индии - вроде и блеск, а вроде и поблекший. Но мне такое нравится.

Утром я завернулся в плед и несколько часов смотрел на приближающийся Байкал под классику 19 века: "Эй, Баргузин, пошевеливай вал - молодцу плыть не далечко...". Накануне вечером австриец (мы даже имени не спросили) открыл путеводитель с немецким пересказом песни - парень пытался перевести на английский смысл песни. Я был очень усталый, поэтому вполне допускаю, что без моих корректур он понял фольклор каторжников в очень криминальном варианте.

Ну, и ладно - странненьким все можно.
Чашку наполнял порошковый монгольский чай (прям как кофе "три в одном", только здесь был соленый монгольский чай с намеком на то, что и тут когда-то обмокнулась тушка барана), а мою голову - осмысление всего того, что с нами за этот месяц случилось:


Не считая перелетов, наш путь по Монголии (до нее и из нее) был длиною в четыре тысячи километров - господи, сколько выдержала моя задница от многочасовых сидений в автобусах, маршрутках, такси и попутках. Копчик до сих пор дает иногда о себе знать.
- Для чего я ехал в Монголию? Зачем вот эта сложность? - задавался я, в очередной раз, этим проклятым вопросом. - Ведь всего-то и делов: сказать самому себе, что надо жить проще, такие поездки - это, говоря языком психоанализа, сублимация (ну, то есть восполнение одной нехватки другим интересом, перевод сексуальной энергии).
- "Дедушка Фрейд, не пытай Далай-ламу", - отвечал строчкой из песни кто-то более склонный к философии внутри моей головы. - Это, знаешь, как и Добро: почему оно всегда побеждает Зло? Просто потому что оно - добро? Ну, такое кантовское объяснение, конечно, звучит здорово. Но ты же сам в это не веришь. Но ты веришь в сложность: Добро побеждает Зло потому что оно сложное. Чтобы случалось зло нужно все пустить на самотек, для добра же нужно усилие. Так же и со стремлением путешествовать и исследовать то, что тебе интересно - в этом есть жизнь в ее сложности и многообразии, а в том, что просто - жизни нет. Потому что смерть, как и зло, - банальна.
Пока в стакане остывал чай, я записал рассказ с мыслями, которые так хотелось выразить еще несколько дней назад. Живых мыслей. Честных.
Это последняя (не исправляйте меня, суеверные не-любители русского языка, которые заменяют слово "последний" на "крайний") глава моего дневника по Монголии. Но, конечно, это не конец - теперь я начну писать материалы в другие рубрики сайта. Более умные и полезные статьи для сложных, вечно стремящихся к новым знаниям, людей. В общем, для странненьких.
Например, мне самому безумно нравится как я написал материал о поездных империях и железной дороге, которая могла быть проложена между российской Москвой и тибетской Лхасой.

В 2019 году мы отправимся, скорее всего, в Бутан. Мою жажду проехать в ближайшие пять лет страны вокруг Тибета рационализирует Дима (спасибо тебе, мой незаменимый "коллега на алмазном пути") и здравый смысл (спасибо и тебе, здравый смысл - ну, ты уже кучу раз слышал про мой низкий поклон в твой адрес).

Дима сказал, что ехать в Афганистан еще не готов и хочет пожить, а здравый смысл поддержал его, шепнув, что культуры диких кочевников надо чередовать с посещением "монашеских" стран. Ну, что ж, значит Бутан...


Главный монастырь запада Монголии Гандан Пуцог Чойлин
А пока можно наверстать упущенное, если не читали еще дневниковые записи путешествия по Монголии здесь. А вот тут можно почитать мои дневники 2017 года поездки по Ладакху (северной Индии). Ниже видеозаметки с прошлой поездки на Youtube:

18 дней в "Малом Тибете"
Первая серия о нашей поездке в Ладакх, северо-восток Индии, к границам Индии, Пакистана и Китая.
Made on
Tilda